Олег Смолин, КПРФ: Разница в зарплате учителей шестикратная — какое тут единство страны?

Переход детей на домашнее обучение вызывает беспокойство у политических деятелей. Тенденция тревожная, считает председатель совета федеральной территории «Сириус», руководитель образовательного фонда «Талант и успех» Елена Шмелева.

«Сегодняшняя патогенная система подготовки к экзаменам и олимпиадам превратилась в инструмент объяснения родителям о том, что надо забрать на домашнее обучение, потому что так легче учиться в секции, так легче готовиться к какому-то профильному предмету… И получается, что мы теряем то, что делает нас одной страной» — заявила Шмелева.

Вырисовывается интересная ситуация: с одной стороны, «Единая Россия» вроде бы озабочена потерей общих начал, но при этом зарубила инициативу, которая могла бы напомнить детям о единстве нашего народа.

Речь идет об отклонении предложения КПРФ о подъеме Знамени Победы в школах вместе с государственным флагом по случаю памятных дат и дней боевой славы, связанных с Великой Отечественной войной.

В январе депутат от «ЕР» Илья Вольфсон предложил скорректировать процесс перехода детей на домашнее обучение. Поводом стал рост числа школьников, уходящих на «вольные хлеба».

Одна из инициатив единоросса — утвердить межведомственную комиссию, которая рассматривает заявления о переходе на домашнее обучение. В неё могут войти представители органов опеки, детский психолог. Это, по мнению Вольфсона, позволит учитывать интересы ребенка и заранее выявлять риски.

Также депутат предложил увеличить число промежуточных аттестаций для детей, что обучаются дома, до двух раз в год и дать органам образования право возвращать ребенка в школу при провале обеих аттестаций.

Почему власть встревожена домашним обучением, «Свободной Прессе» рассказал историк, кандидат психологических наук, заслуженный учитель России Александр Снегуров.

«СП»: Почему эта история так напрягает депутатов и чиновников? В домашнем обучении масса преимуществ. Например, нет буллинга.

— Сами верхи отчасти сгенерировали эту тенденцию, а теперь волнуются. Беспокойство, кстати, обоснованное, ибо школа сдвигается на периферию жизни ребёнка и его родителей, а именно через образовательные учреждения проводятся инициативы властей.

Кроме того, школа зарабатывает деньги, обеспечивает посетителями и участниками массу федеральных и городских мероприятий, на которые дети, находящиеся на домашнем или очно-заочном обучении, скорее всего, не пойдут.

«СП»: Если, по мнению, властей, школа является «скрепой» нашего общества, то почему была отклонена инициатива КПРФ со Знаменем Победы? Тем более, что увеличено число часов на историю.

— Эти вопросы напрямую не связаны. Бюрократическая машина имеет свои отсеки и отделы, порой слабо коммуницирующие друг с другом. На мой взгляд, подобную инициативу вполне можно было бы поддержать: ведь мы же каждый понедельник поднимаем триколор на флагштоке!

«СП»: Детей на домашнем обучении станет больше, как считаете?

— Да, возможно, так как школа стала небезопасным и формальным, местом, где вопросы дисциплины и директивных мероприятий, платных услуг, скандалов и общей нерациональной траты времени вытеснили учёбу и подлинное воспитание, поставив основные задачи в подчинённое положение.

Чтобы дети вернулись в классы, надо превратить школу в платформу настоящего педагогического диалога, приязни, заботы, безопасности, торжества разумного порядка вещей.

Без изменения общественного климата и глобальной реформы среднего образования, которую необходимо провести специалистам в педагогической сфере в тандеме с добросовестными управленцами, ситуация существенно не улучшится.

Видением проблемы парламентской оппозицией со «Свободной Прессой» поделился депутат Госдумы РФ, член фракции КПРФ, первый заместитель председателя Комитета по образованию и науке Олег Смолин:

— Почему детей все чаще забирают на обучение на дому? Ответ прост: родители все больше ощущают недостатки работы нашей системы образования. В мое время в старших классах было не более 6 уроков в день, плюс 3 часа домашних заданий.

В нынешней школе, в старших классах, 7−8 уроков. Нам недавно подтвердили: на домашнее задание выделяется 3,5 часа, итого до 11 с половиной часов длится рабочий день старшего школьника. Это без учёта репетиторов, подготовки к ЕГЭ.

Поэтому многие родители забирают своих старшеклассников на домашнее обучение и посвящают год или два последних целиком подготовке к ЕГЭ, а остальные предметы изучаются как-нибудь. Не надо удивляться этому, стоит поддержать наш законопроект о добровольной сдаче ЕГЭ.

«СП»: Ваши оппоненты считают, что школа — одна из «скреп».

— К единству нашей страны обучение на дому прямого отношения не имеет. Единство страны определяется другим. Например, разница в оплате труда учителей составляет 6 раз, это данные официальной статистики. И мы говорим о едином образовательном пространстве? Как можно обеспечить равное качество образования детей в школе при таком разрыве оплаты труда учителей.

«СП»: Что скажете об отклоненном предложении КПРФ поднимать в школах Знамя Победы?

— Идеология партии власти заключается в следующем: раньше они объявляли советский период сплошной черной дырой, теперь пытаются забрать себе все достижения того периода, включая Великую Победу, но делают вид, что Коммунистическая партия Советского Союза не имела к этому никакого отношения.

Хотя все прекрасно понимают: большинство из тех, кто воевал в Красной армии, были либо коммунистами, либо комсомольцами.

И лозунг «Коммунисты, вперед!» никто не отменял. Я думаю, что надо быть последовательными, в истории нашей страны не было черных и светлых пятен. И уж тем более светлым пятном не являются 90-е, когда были заложены основы современной партии власти.

Семейный психолог Ольга Иванова объяснила «Свободной Прессе» причину волнения властей так:

— Для государства школа — это ведь не только про знания, но и про единую воспитательную среду, про формирование ценностей, социализацию. Когда ребенок выпадает из этой системы, государство теряет рычаги влияния и не может гарантировать, что он получит «правильное» воспитание.

С другой стороны, в моей практике были случаи, когда я сама рекомендовала родителям перевести ребенка на домашнее обучение — именно из-за буллинга.

Школа не справлялась с травлей, ребенок находился в состоянии хронического стресса, у него развивались психосоматические реакции. В таких случаях домашнее обучение становится не прихотью, а необходимостью.

Год ребенок восстанавливался, мы работали с его нервной системой, и только потом он смог вернуться в социум. Но государство смотрит на это иначе: для него каждый «ушедший» из системы ребенок — это риск потерять контроль над образовательным и воспитательным процессом.

«СП»: Как думаете, возрастет число детей, что будут учиться дома?

— Да, думаю, что это будет устойчивое изменение. После пандемии появились эти возможности, и вряд ли мы согласимся от них отказаться. Раньше это не пользовалось такой популярностью, не было даже такой возможности в принципе. А сейчас школа предоставляет много форматов обучения.

Я бы рекомендовала рассматривать домашнее обучение как временную меру, чтобы в дальнейшем ребёнок всё же вернулся в социум. Наша задача как родителей — научить детей, чтобы они умели жить без нас. Это значит, что ребёнок должен уметь адаптироваться в обществе. Поэтому, на мой взгляд, полностью уходить в домашнее обучение навсегда — не самая хорошая стратегия, но как временная мера восстановления — это очень эффективно.